Лингвистика для школьников


ПОДПИСКА НА НОВОСТИ И АНОНСЫ

Анонсы

09.12.2017

Олимпиада-многоборье «Индоевропейский пентатлон»

5 часов на 5 древних языков для школьников 7-11 классов.
Предварительное знакомство с языками не требуется!

21.11.2017

Новое занятие факультатива по лингвистике при РГГУ и МЦНМО

Борис Иомдин
Разбор задач конкурса «Русский медвежонок – языкознание для всех»-2017

Новости

21.11.2017

Новое занятие факультатива по лингвистике при РГГУ и МЦНМО

Борис Иомдин
Разбор задач конкурса «Русский медвежонок – языкознание для всех»-2017
подробнее

16.11.2017

Новое занятие факультатива по лингвистике при РГГУ и МЦНМО

Екатерина Колос
Полевая лингвистика, или как составить описание языка, ни разу на нём не поздоровавшись
подробнее

Все новости

М. В. Панов

semiotika.jpgМ. В. Панов
Занимательная орфография

Москва, «Просвещение», 2010. Серия «Твой кругозор»


Михаил Викторович Панов (1920–2001) — выдающийся языковед, специалист по фонетике и стилистике русского языка и по разговорной речи. Он был очень талантливым человеком, и кроме научных открытий он совершал открытие науки для детей и неспециалистов — объяснял сложные вещи в своих книгах, вдохновлял интересными примерами, показывал, как сложно и интересно всё в языке устроено, призывал думать и делать открытия вместе с великими учёными.  

Мы представляем его книгу, много раз переиздававшуюся, в которой объясняется, как устроено русское письмо, как связано правописание с фонетикой.

«Занимательная орфография» — не пособие для отстающих и малограмотных, не научный трактат, но и не сборник увлекательных задач и головоломок. Эта книга — увлекательный рассказ, почти детектив с тайной, которую надо раскрыть: как устроено наше письмо? На каких принципах и основаниях? Почему мы пишем корова, а не карова? Почему, если мы пишем мог и возможность, не написать хлеба и хлеп, а не хлеб?

Постепенно в книге выясняется, что русское письмо основано не на следовании буквы за звуком не на точном воспроизведении морфемы в неизменном виде в любой позиции, а на... А на чём
вы сможете узнать, прочитав книгу. Оказывается, что правописание в основе своей разумно и целостно, и, поняв принципы, на которых оно строится, легко научиться грамотно писать.

Как говорит автор в середине книги после того, как одна из рассмотренных им гипотез оказалась несостоятельной, «мы шли тем же путем, каким шла настоящая большая наука. Многим учёным казалось, что буква передаёт звук». В книге рассказывается о целом ряде русских лингвистов, занимавшихся орфографией и проблемами правописания, каждый краткий рассказ-зарисовка о научных достижениях учёного приводится после некоторого вывода, сделанного читателями книги вслед за автором.

Вместе с учёными читатель борется за простоту письма, нащупывает решение и опровергает ложные гипотезы. 

В книге к автору заглядывает его общительный сосед Иван Семенович Полупшённый, фигура комическая, но в книге обязательная — он иногда чего-то не понимает или понимает неправильно, иногда ссорится со своими племянниками-школьниками из-за их ошибок в диктанте, иногда ругается на то, что написал автор и некоторое время с ним не разговаривает. Панов так же оживляет свой рассказ, как и упомянутый в книге Василий Кириллович Тредиаковский оживил свой трактат об орфографии 1748 года:

«Тредиаковский боялся, что читатель не одолеет научную книгу: не было еще привычки у людей читать длинные исследования. И он построил свой «Разговор» в виде диалога. Спорят, соглашаются, дополняют и опровергают друг друга два человекаРоссиянин и Чужестранец. Речь Россиянина особенно жива, полна шуток, взволнованна, убедительна, — видно, что для Россиянина достоинства русского письма не постороннее дело. Так же как и для автора книги.

Тредиаковский так объясняет, почему он об орфографии пишет шутливо, забавно, образно: он хочет смягчить «мрачность материи»… В глазах читателя XVII века теория письма была «мрачной материей», скучным предметом. И Тредиаковский идет навстречу читателю — развлекает его и учит размышлять над филологическими вопросами».

Но Михаил Викторович Панов беседует не только с вымышленным Полупшённым. Он ведёт разговор и с читателем, следит за ходом его мысли:

  • «Ну-ка, прочтите: 1, 2, 3, 4, 5, 6… Каждый прочтёт так: один, два, три, четыре, пять, шесть…» И тут же сноска: «А кто-то взял да и прочёл: единица, двойка, тройка, четвёрка, пятёрка, шестёрка… Этими словами называются сами знаки. Вот такой иероглиф: 6, кривая линия с петлёй внизу, называется шестёрка. Тот, кто прочёл: двойка, тройка и т.д., назвал сами знаки. А ведь просьба была: не «назовите эти знаки», а «прочтите их», то есть превратите в слова, которые они обозначают».

  • «<…> моро[ш] что надо! <…> Среди читателей книги найдётся немало таких, что покачают с сомнением головой и скажут, улыбаясь:
  • — Ну и ну! «Морош»! Неужто так и произносят? Уж я-то никогда эдак по-чудному не скажу!
    Это и будет лучшим доказательством того, что позиционные мены звуков остаются вне нашего сознания».

  • «Надо помнить, что мы ни к какому окончательному выводу еще не пришли; мы только ищем, что же обозначается с помощью букв. Оказалось — не звуки. Теперь проверяем другую догадку: не морфемы ли мы обозначаем? Не их ли обслуживают буквы?»

  • И такое прощание с читателем:

  • «Окончилось наше путешествие в русское письмо, дорогой читатель. И. С. Полупшённый шлёт вам привет. Он теперь с бóльшим удовольствием, чем раньше, употребляет буквы. Он понял, что русское письмо обладает огромным достоинством: оно целостно, оно построено на едином основании… На каком? Если вы внимательно прочли книгу, вы поняли – на каком».

    Об этой книге можно почитать ещё тут, а о самом Михаиле Викторовиче Панове и более ранней его книге об орфографии «И все-таки она хорошая!» пишет его коллега, доктор филологических наук С. М. Кузьмина вот тут

  • Ольга Подлесская



    Назад

    © Совет сайта "Лингвистика для школьников", 2009-2017