Лингвистика для школьников


ПОДПИСКА НА НОВОСТИ И АНОНСЫ

Анонсы

Новости

25.05.2017

Заключительное занятие факультатива по лингвистике при РГГУ и МЦНМО

Антон Сомин
Лингвистика в играх
подробнее

18.05.2017

Новое занятие факультатива по лингвистике при РГГУ и МЦНМО

Наталья Петрова
Препарируя сказку: введение в структурную фольклористику
подробнее

Все новости

М. В. Панов

semiotika.jpgМ. В. Панов
Занимательная орфография

Москва, «Просвещение», 2010. Серия «Твой кругозор»


Михаил Викторович Панов (1920–2001) — выдающийся языковед, специалист по фонетике и стилистике русского языка и по разговорной речи. Он был очень талантливым человеком, и кроме научных открытий он совершал открытие науки для детей и неспециалистов — объяснял сложные вещи в своих книгах, вдохновлял интересными примерами, показывал, как сложно и интересно всё в языке устроено, призывал думать и делать открытия вместе с великими учёными.  

Мы представляем его книгу, много раз переиздававшуюся, в которой объясняется, как устроено русское письмо, как связано правописание с фонетикой.

«Занимательная орфография» — не пособие для отстающих и малограмотных, не научный трактат, но и не сборник увлекательных задач и головоломок. Эта книга — увлекательный рассказ, почти детектив с тайной, которую надо раскрыть: как устроено наше письмо? На каких принципах и основаниях? Почему мы пишем корова, а не карова? Почему, если мы пишем мог и возможность, не написать хлеба и хлеп, а не хлеб?

Постепенно в книге выясняется, что русское письмо основано не на следовании буквы за звуком не на точном воспроизведении морфемы в неизменном виде в любой позиции, а на... А на чём
вы сможете узнать, прочитав книгу. Оказывается, что правописание в основе своей разумно и целостно, и, поняв принципы, на которых оно строится, легко научиться грамотно писать.

Как говорит автор в середине книги после того, как одна из рассмотренных им гипотез оказалась несостоятельной, «мы шли тем же путем, каким шла настоящая большая наука. Многим учёным казалось, что буква передаёт звук». В книге рассказывается о целом ряде русских лингвистов, занимавшихся орфографией и проблемами правописания, каждый краткий рассказ-зарисовка о научных достижениях учёного приводится после некоторого вывода, сделанного читателями книги вслед за автором.

Вместе с учёными читатель борется за простоту письма, нащупывает решение и опровергает ложные гипотезы. 

В книге к автору заглядывает его общительный сосед Иван Семенович Полупшённый, фигура комическая, но в книге обязательная — он иногда чего-то не понимает или понимает неправильно, иногда ссорится со своими племянниками-школьниками из-за их ошибок в диктанте, иногда ругается на то, что написал автор и некоторое время с ним не разговаривает. Панов так же оживляет свой рассказ, как и упомянутый в книге Василий Кириллович Тредиаковский оживил свой трактат об орфографии 1748 года:

«Тредиаковский боялся, что читатель не одолеет научную книгу: не было еще привычки у людей читать длинные исследования. И он построил свой «Разговор» в виде диалога. Спорят, соглашаются, дополняют и опровергают друг друга два человекаРоссиянин и Чужестранец. Речь Россиянина особенно жива, полна шуток, взволнованна, убедительна, — видно, что для Россиянина достоинства русского письма не постороннее дело. Так же как и для автора книги.

Тредиаковский так объясняет, почему он об орфографии пишет шутливо, забавно, образно: он хочет смягчить «мрачность материи»… В глазах читателя XVII века теория письма была «мрачной материей», скучным предметом. И Тредиаковский идет навстречу читателю — развлекает его и учит размышлять над филологическими вопросами».

Но Михаил Викторович Панов беседует не только с вымышленным Полупшённым. Он ведёт разговор и с читателем, следит за ходом его мысли:

  • «Ну-ка, прочтите: 1, 2, 3, 4, 5, 6… Каждый прочтёт так: один, два, три, четыре, пять, шесть…» И тут же сноска: «А кто-то взял да и прочёл: единица, двойка, тройка, четвёрка, пятёрка, шестёрка… Этими словами называются сами знаки. Вот такой иероглиф: 6, кривая линия с петлёй внизу, называется шестёрка. Тот, кто прочёл: двойка, тройка и т.д., назвал сами знаки. А ведь просьба была: не «назовите эти знаки», а «прочтите их», то есть превратите в слова, которые они обозначают».

  • «<…> моро[ш] что надо! <…> Среди читателей книги найдётся немало таких, что покачают с сомнением головой и скажут, улыбаясь:
  • — Ну и ну! «Морош»! Неужто так и произносят? Уж я-то никогда эдак по-чудному не скажу!
    Это и будет лучшим доказательством того, что позиционные мены звуков остаются вне нашего сознания».

  • «Надо помнить, что мы ни к какому окончательному выводу еще не пришли; мы только ищем, что же обозначается с помощью букв. Оказалось — не звуки. Теперь проверяем другую догадку: не морфемы ли мы обозначаем? Не их ли обслуживают буквы?»

  • И такое прощание с читателем:

  • «Окончилось наше путешествие в русское письмо, дорогой читатель. И. С. Полупшённый шлёт вам привет. Он теперь с бóльшим удовольствием, чем раньше, употребляет буквы. Он понял, что русское письмо обладает огромным достоинством: оно целостно, оно построено на едином основании… На каком? Если вы внимательно прочли книгу, вы поняли – на каком».

    Об этой книге можно почитать ещё тут, а о самом Михаиле Викторовиче Панове и более ранней его книге об орфографии «И все-таки она хорошая!» пишет его коллега, доктор филологических наук С. М. Кузьмина вот тут

  • Ольга Подлесская



    Назад

    © Совет сайта "Лингвистика для школьников", 2009-2017